Орлянка — азартные игры в дореволюционном Петербурге

0
790

На окраинах Петербурга, преимущественно в рабочих районах, в праздничные и воскресные дни толпы рабочего люда собирались для игры в орлянку. «Орлянка» существовала еще при Петре и в нее играли низы столицы, а популярностью своей она обязана простоте правил и несложности.

Для игры игрокам нет необходимости раскладывать карты, для нее не нужны помещения, а только укромный угол на улице или в закоулке, и хорошая погода на улице.

Орлянка начиналась обычно совершенно случайно, где-нибудь на заднем дворе района, населенного фабричными рабочими, а со двора впоследствии переносилась на улицу или же на площадь.

Игру начинали обычно ребятишки, а затем заражают ей и подростков, и взрослых игроков. Двое мальчуганов, решившие покидать монетку, идут на задний двор где сложены дрова. Но так как денег у них нет, то вместо монет они используют осколки битой посуды. Цветная сторона осколка – это «орел», а белая – «решка». Играют они на всякую ерунду – что попадется в карманах, иногда и на еду. Один из мальчуганов кидает осколок кверху, раскручивая его пальцами, а второй во время полета кричит: «Орел!», или же «Решка!». После падения на землю осколка оба они нагибаются над ним посмотреть, что выпало.

К. Гейслер. Орёл или решка. 1805 год

Через несколько минут к играющим подходят уже подростки, а за ними следом и взрослые рабочие. И тут уже игра начинается не на осколках, а на монетах, т.е. на чистые деньги, хотя и грошовые. «Банкомет-метальщик» подкидывает в воздух «ставку», и во время ее полета его оппонент выкрикивает на что ставит. Нельзя выкрикивать до подбрасывания монеты, потому что находятся такие ловкачи, что могут заставить ее ловким движением пальцев упасть на нужную для метальщика сторону. Но во дворе дома игра продолжается недолго, и как только дворник заметит, что на подвластной ему территории собралась толпа, тотчас же ее разгоняет. Тогда толпа сговаривается после обеда встретиться где-нибудь на Семеновском или Преображенском плацу, или же около «Быков» рябом с городской скотобойней.

К двум часам из близлежащих домов к излюбленным местам для орлянщиков стекались кучками по двое-трое человек столичный рабочий люд. Здесь уже были и свои шулера, и их сразу можно отличить от игрока-любителя. Любителю в начале игры оказывается особый почет от «профессионалов», ему прощаются некоторые нарушения правил, и даже позволяют изредка бросать самому монету. Однако, так продолжается недолго, и сперва он даже выигрывает некоторую сумму денег, и когда ставки поднимаются, то он начинает проигрывать. Вскоре горе-игрок начинает ругаться, входит в азарт, ну а кончалось это тем, что уходил домой такой вот простофиля без фуражки, пиджака и даже иногда и без сапог.

Труднее всего профессионалам-орлянщикам было зазвать в свой круг прохожих на игру. Они становились на видном месте, начинали играть, при этом громко крича и ругаясь. Впечатление создавалось такое, что они друг другу не знакомы. Их постепенно обступала толпа, глядя на азартную игру и на разгоряченных игроков, и в один момент кто-нибудь из играющих предлагал обступивший их толпе «перекинуться по двугривеннику». Три-четыре человека соглашались, а уж шулера их уже не отпускали. В конце концов деньги этих простофиль благополучно перекочевывали в карманы орлянщиков, а незадачливый прохожий уходил без гроша в кармане.

Но случались и казусы. Иногда такой вот обманутый любитель бросается к монете, которая лежит на земле, и замечает, что она склеена из двух, и с обеих ее сторон находится «орел».

— Братцы, с «двойкой» поймал, помогите.

— Вали его, ребята, — кричит толпа.

Однако уже метальщика и след простыл, он торопится улизнуть куда-нибудь в подворотню, а там проходными дворам скрыться от преследовавшей его толпы.

После такого неожиданного перерыва игра начинается вновь, только уже играют не в обыкновенную орлянку, а с отскоком. Теперь уже метальщик не кидает монету вверх, а бросает ее об забор, и она отскакивает и падает потом на землю. Здесь уже ставки делаются заранее, и кладутся на землю заблаговременно, сразу несколькими игроками. Одни ставят на «орла», другие – на «решку». И здесь же не обходится без шулеров, но тут они остаются безнаказанными, потому что уличить их в шулерстве невозможно. Их мастерство основано не на двойных монетах, а исключительно на ловкости метальщика, который так отточил свое искусство многолетними упражнениями, что может, по его желанию, выкинуть «орла» или же «решку».

Игра продолжается целый день, и заканчивается только к вечеру, причем иногда играющие подвергаются нападению «шарапников». Они не принимают никакого участия в игре, это отчаянные голыши, которые не могут никакой монеты на игру поставить, потому что у них нет ни гроша за душой. Они смотрят на играющих, и сговорившись между собой, все разом бросаются на толпу игроков и выхватывают лежащие на земле ставки, берут «на шарапа» (разграбить, расхватать по рукам, что кому попадется. Шарап, ребята! призыв на расхват, на расхищенье. Толковый словарь Даля. В.И. Даль), и разбегаются с зажатыми монетами в руках в разные стороны. Игроки даже не пытаются их преследовать, а только грозят им вслед кулаками.

Так продолжается игра до темноты, и только тогда играющие расходятся, некоторые из них в прибыли, а некоторые в убытке, но и те и другие с впечатлениями от проведенного вечера.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь